вторник, 12 января 2016 г.

Хикикомори: субкультура асоциальных одиночек

Сотни тысяч жителей Японии стали добровольными затворниками: молодые люди на годы запираются в своих комнатах и обрывают все контакты с внешним миром. Явление получило название хикикомори, а попытки социализировать его адептов к существенным результатам пока не привели. В России есть несколько десятков интернет-сообществ, посвящённых хикикомори.

Хикки в Японии

Справка: Количество хикикомори в Японии: 1 МИЛЛИОН ЧЕЛОВЕК Средний возраст затворников: 30 ЛЕТ

18-летний Андрей вот уже полгода выходит из дома раз в неделю — в магазин за продуктами. В начале лета он ушёл из университета в Варшаве после того, как понял, что выбранная специальность — менеджмент — не его. С тех пор молодой человек целые дни проводит за компьютером: играет в Dota2, смотрит аниме, слушает музыку и общается с виртуальными друзьями. "У меня просто нет желания выходить", — объясняет Андрей. Он живёт в небольшом посёлке в Тернопольской области Украины с населением в 7 тысяч человек. С двумя своими друзьями, которые живут по соседству, юноша тоже предпочитает общаться в интернете. Андрей — один из 400 тысяч подписчиков популярного паблика "ВКонтакте", посвящённого феномену хикикомори.


Одним из первых это явление зафиксировал в начале 90-х годов японский психиатр Тамаки Сайто. Оксфордский словарь английского языка переводит термин "hikikomori" как "аномальное избегание социальных контактов". Как правило, речь идёт о 15-летних подростках-мальчиках из обеспеченных семей, которые бросают школу и месяцами, а то и годами сидят в своих комнатах один на один с компьютером, избегая контактов с внешним миром. В начале своей работы Сайто был поражён количеством молодых японцев, которые ведут такой образ жизни, а сейчас в 127-миллионной Японии их уже как минимум миллион. Точные подсчёты провести непросто, ведь хикикомори стараются не идти на контакт с обществом. Многие затворники уходят в себя в подростковом возрасте — в старших классах школы или на первых курсах университетов. Но сейчас средний возраст японских хикки — 30 лет. "Они выросли", — признаёт доцент кафедры нейро- и патопсихологии РГГУ, кандидат философских наук Джинна Литинская. Старшим из них — представителям первого поколения хикикомори — сейчас около 40 лет. Это означает, что они провели в изоляции около 20 лет.

"У меня есть знакомые японцы, чьи дети в переходном возрасте ушли в отказ, — рассказывает японист, профессор Института восточных культур и античности РГГУ Александр Мещеряков. — Чтобы они хотя бы ели, им под дверь подсовывали еду». Эксперт называет это явление аутизмом взрослого человека и связывает его с японской традицией скрывать эмоции. "Привычка прятать свои эмоции и уходить в себя для Японии вполне характерна. Вы не увидите ни плачущего, ни хохочущего японца. Есть даже выражение — "непроницаемое лицо японца", европейцы за это обвиняют нацию в двуличии. На самом деле люди просто не дают выход эмоциям, поэтому испытывают тяжёлую психологическую нагрузку", — уверен Мещеряков.

Джинна Литинская из РГГУ видит другие причины затворничества в Японии. По её мнению, проблема — в социокультурной ситуации, смешении восточной и европейской систем ценностей и деловых отношений. «В японских корпорациях и даже небольших компаниях до сих пор актуальна восточная идея о том, что тобой могут повелевать как угодно. В романе "Страх и трепет" бельгийской писательницы Амели Нотомб вы увидите, что героиню спокойно переводят из старших переводчиков в бухгалтерский отдел, а потом — в уборщицы, совершенно не спрашивая её согласия. Работая в японской компании, ты по контракту не имеешь права отказаться от такого понижения — с тобой могут обращаться как угодно. Это то, что для европейского человека недопустимо, а для восточного вроде как ничего", — объясняет Литинская. По её словам, проблема заключается в том, что «произошёл культурный сдвиг: для молодых людей в Японии стали важны ценности свободы, и традиционную японскую жизнь они видят крайне непривлекательной, невозможной для себя".

Кроме того, представители среднего класса в Японии могут себе позволить содержать повзрослевшего ребёнка на протяжении десятилетий.

Хикки в России

СправкаКоличество хикикомори в России: Данных нет Средний возраст затворников: 20 ЛЕТ

Среди тех, кто относит себя к субкультуре хикки в России, — в основном молодые люди младше 20 лет. В социальной сети "ВКонтакте" функционируют десятки сообществ, посвящённых жизни хикикомори. 

У самого популярного паблика более 400 тысяч подписчиков. Как правило, записи в таких группах посвящены японской культуре, чаще всего массовой: это картинки из аниме и манги, музыка и кино. Кроме того, иногда пользователи делятся своими личными историями и приводят любопытные, на их взгляд, цитаты. 

"Я совсем перестал чувствовать связь с реальностью, для меня стали чужды эмоции. Будто где-то что-то сломалось и пошло не так. У меня нет желания работать, учиться и тем более выходить из дома. Однако я понимаю, что мне никто не позволит просто существовать в своём маленьком, уютном мире, в зоне комфорта", — пишет анонимный пользователь в одном из таких сообществ.

Впрочем, не все затворники скрывают имена. Например, хикки Андрей Воронцов пишет открыто: "Я — российский хикки. Чувствую, то ли не в ту эпоху родился, то ли просто лень жить по-человечески... А ещё мне тяжело общаться с людьми: я эмпат. Все переживания (свои и чужие) принимаю близко к сердцу. Но и без общения я не могу. Может, поэтому пишу здесь, искренне полагая, что кто-нибудь отзовётся".

Другой, Павел Логунов, рассказывает: "Как всегда, провожу своё "насыщенное" лето дома. Последние два года не хожу в магазин, не выхожу на природу, ненавижу общаться с людьми, которые меня не слушают и говорят то, что и без них ясно. Не понимаю, из-за чего так сильно парится общество, которому, в общем-то, наплевать на таких одиночек, как я".

Большинство участников сообществ хикки не ответили на запрос журнала или отреагировали на него грубо. Андрей, который согласился рассказать о своём затворничестве, вспоминает, что в школе он, наоборот, вёл активную социальную жизнь, играл в баскетбол и не понимал тех, кто проводит много времени в одиночестве. Всё изменилось в 11-м классе. "Я попробовал посидеть дома, и мне понравилось", — говорит молодой человек. Обычно юноша просыпается днём или ближе к вечеру, завтракает и садится за компьютер. Активную онлайн-жизнь он ведёт ночью. Нежелание выходить из дома и общаться офлайн подросток объясняет так: "Мне не нравится милое общение о погоде из вежливости и то, что люди часто общаются друг с другом из-за выгоды".

Плюсами своего затворничества Андрей называет большое количество свободного времени: "Ты ни от чего не зависишь и ни на что не подписываешься". Среди отрицательных последствий — ухудшение состояния здоровья и испорченные отношения со знакомыми. Родители, рассказывает юноша, его образ жизни критикуют и просят найти работу. "Но мне кажется, они меня немного понимают", — рассуждает Андрей.

С планами на будущее молодой человек пока не определился: "Я ещё не решил, буду ли опять начинать социожизнь, но если бы начинал, то очень осторожно подбирал бы людей для общения. Мне 18, и я не представляю, как я должен прожить ближайшие 30 лет". В идеале молодой человек хотел бы "попробовать себя в "Доте"", то есть стать профессиональным игроком в компьютерные игры.

"Настоящих хикки в России быть не может", — уверена Джинна Литинская из РГГУ. По её мнению, в российских реалиях речь идёт скорее о субкультуре хикки — людях, которые не столько живут в затворничестве, сколько хотели бы так жить. "Есть такое явление, и подростки в него играют. Чаще всего это школьники, которые хотели бы сидеть дома", — отмечает эксперт. Также она указывает на людей с многолетней депрессией, которые не понимают, что с ними происходит, и боятся психиатров, поэтому считают себя хикки. Кроме того, российские семьи содержать такого затворника просто не в состоянии, считает Литинская. "Подростки из бедных японских семей тоже не становятся хикикомори", — отмечает она. 

Доцент кафедры психологии и педагогики СЗГМУ имени Мечникова Дмитрий Ковпак, напротив, полагает, что хикки в России есть, хотя это явление и не достигло японских масштабов. "Есть родители, которые соглашаются с таким положением вещей. У нас в традиции помогать ребёнку до пенсии, причём не своей, а его", — поясняет Ковпак. По его словам, в России много "полувыходящих" затворников. 

Причинами такого эскапизма эксперт называет "социальный протест, отказ от общества потребления, его регламентов и лицемерия". "Раньше нахождение в четырёх стенах рано или поздно приводило к желанию сменить обстановку. Теперь виртуальный мир является заменителем впечатлений. Можно менять обстановку не выходя из комнаты, побывать в любой точке мира благодаря Google Maps, общаться с любым человеком по Skype. Современный прогресс обеспечивает имитацию реальной жизни в псевдоощутимом 3D-формате. Осталось только заместить сексуальную сферу виртуальным сексом, и тогда потребности контактировать с окружающей действительностью практически не будет", — рассуждает Дмитрий Ковпак.

Как уход в себя изменит общество



Программы по социализации японских хикки пока существенных результатов не дали, отмечают опрошенные The Village эксперты. Японист Александр Мещеряков рассказывает, что этой проблемой занимаются волонтёрские организации, и сравнительно эффективным считается отправлять на разговор с затворниками иностранцев. "Для хикки это сильный раздражитель", — объясняет Мещеряков.

Джинна Литинская указывает на трудности социализации хикикомори из-за популярности дистанционной работы. Известен пример Такаси Котэгавы, который начал торговать на бирже не выходя из комнаты и преуспел: за восемь лет игры он увеличил свой первоначальный капитал с почти 14 тысяч долларов до 153 миллионов. СМИ писали, что Котэгава почти всё время питается лапшой рамен и объясняет свой выбор тем, что таким образом экономит время.

Хикикомори взрослеют, и в Японии всерьёз озабочены проблемой 2030 года — времени, когда родители затворников начнут умирать, а стаж изоляции таких людей будет исчисляться десятками лет. «Если человек заперся и ему от этого лучше, зачем ему социализироваться? Это нужно не ему, а обществу», — отмечает Джинна Литинская.

В свою очередь, Дмитрий Ковпак указывает, что "в России на изучение этого феномена не хватает специалистов, финансирования и инициатив". И хотя проблема 2030 года перед страной не стоит, всё большая асоциализация неизбежно изменит общество, уверен эксперт.

"Оптимисты считают, что это прогресс, пессимисты — что деградация. Истина, как обычно, где-то посередине, — рассуждает Ковпак. — Мы видим какие-то положительные моменты, например расширение свободы, но по большей части эта свобода касается расширения зоны комфорта. Мы делаем более комфортной свою автономную, замкнутую жизнь: стиральная машина не требует к себе особого внимания, микроволновка подогреет купленный в супермаркете полуфабрикат, и теперь его можно заказать с доставкой на дом. Это всё помогает асоциализироваться, замкнуться в себе. Люди общаются через гаджеты, находясь в одной квартире или в пределах одного столика в кафе: молодой человек и девушка сидят вместе, но находятся в параллельных вселенных. Это пример того, как люди атомизируются и подтверждают гипотезу Лейбница о том, что люди — это монады, между которыми нет контакта".

По мнению Ковпака, асоциализация — от радикальной, как у хикикомори, до уже привычной, как в случае с массовым виртуальным общением, — приводит к упрощению многих сфер жизни. Люди выбирают виртуальных партнёров, потому что они соблазнительны своей доступностью для общения. Постепенно разрушаются традиционные институты: дружбы, брака, работы: "Люди разучиваются дружить, потому что дружба — это усилие, терпение, поиск компромиссов. Если тяжело в отношениях — значит, развод. Трансформируются глобальные понятия, социум начинает меняться вслед за этим".

Комментариев нет:

Отправить комментарий