пятница, 10 марта 2017 г.

Сергей Евдокимов: 27 тезисов о телевизионной эмпатии


1) Если пользоваться формулировкой Маклюэна, медиа это месседж, сообщение и телевидение – ретранслятор этих месседжей (так во всяком случае долгое время считали те, кто сидели на Старой площади, и те, кто сидели в высоких кабинетах Останкино). С появлением социальных сетей становится очевидным, что медиа это не столько со-, сколько просто общение. И смысл новых медиа - в обеспечении коммуникации между участниками этого общения. Общение категория психологическая и в гораздо большей степени построена на эмоции, нежели на рацио, на языке и интонации, нежели на тексте;

2) Современное телевидение до сих пор существует в прежней парадигме и поэтому проигрывает – потому что больше не способно удовлетворять те эмоции, в которых возникает потребность. Проигрывает социальным сетям, новым медиа, торрентам;

3) В политической плоскости эмоция тоже выигрывает у рацио. Победа Трампа это победа политических эмоций над политической логикой, то же относится и ко всем основным политическим событиям последнего времени;

Дальше подробнее рассмотрим связь телевидения и психологии и то, какие эмоции оно в нас порождает;

4) Телевидение это одна из форм познания мира. Оно (помимо школы, семьи, интернета) формирует наши базовые когнитивные навыки. Через новости мы получаем знания об окружающей реальности, "Дом-2" формирует наши представления об отношениях между мужчиной и женщиной, "Орел и Решка" – о мире и т.д. и т.п. Возникает вопрос, какие знания дают нам программы о рептилоидах и всемирных заговорах? Формируют ли информационные фейки верное представление о мире? Не разрушаются ли таким образом когнитивные способности человека?

5) Телевидение также дает возможность увидеть себя со стороны. А возможность увидеть и оценить себя со стороны - один из базовых когнитивных навыков. Так мы учимся двигаться, ходить, реагировать, ВЫГЛЯДЕТЬ и т.д. Вот почему телевидение, например, не может обойтись без критики и журналистском расследовании (жанре загнанном сейчас в абсолютное подполье) - вообще, во взгляде со стороны. Дело не просто в чьей-то оппозиционности, продажности или нелюбви к родине, а в элементарном психическом здоровье, нарушении базовых параметров нормы;

6) Отсутствие медийной рефлексии в обществе ведет к формированию когнитивного расстроийства личности - деменции, альцгеймеру, слабоумию и т.д. А также вводит общество в состояние выученной беспомощности – когда ты элементарно не знаешь, что тебе делать в кризисной ситуации;

Двигаемся дальше в анализе психологического состояния нашего телевидения. Что еще отличает его от "телевидения здорового человека", это апология смерти, мистики, фатализма и старости;

7) Культ смерти. Только у нас мог появиться канал НТВ, который возвел смерть и насилие в эстетическую категорию. Убитая горем мать/жена, плачущая на могиле дочери/сына/мужа – классический образ нашего ТВ. Отсюда сознательно пропагандируемый культ жертвенности: лучшее, что ты можешь сделать для страны, это принести себя ей в жертву;

8) Мистицизм. Телевизионный культ Ванги. Рейтинговый рекорд НТВ – доля 40. Повторы "Ванга. Предсказание для России" с каждый раз увеличивающимся рейтингом. Фатализм российского ТВ: категория "судьбы-судьбинушки", все предрешено. А где предрешено, то там и обречено. Чем это опасно? Склонность к магическому мышлению – описанию мира через фатум и сказочность – оно приводит к снятию с себя ответственности, как за окружающий мир, так и за свою собственную жизнь; 

9) Культ старости. Еще одно заметное отличие нашей телевизионной культуры от мировой – это обслуживание старости. Если на западном телеке – культ молодости, инноваторства, здоровья (например, шоу “Are you fitter than a pensioner?” ), то российский заточен на обслуживании старости и болячек (что, безусловно, играет на руку Большой Фарме, но все же). Наши любимые темы – ностальгия, болезни, бабушкины рецепты. Как говорили в Дирекции прайма, "умри молодым или тебя пожалеет Программа Максимум";

10) Еще один из симптомов психического нездоровья – тотальная невротизация медиа. Тревожный фон новостей. Понятное дело, что плохие новости продаются лучше. Повсеместная теория заговора и конспирология. Сенсациализация новостей и подачи – как на электрическом стуле. Невротический уклон и интонация в потребительской тематике: все отравлено, ничего нельзя есть, вас хотят отравить! 

11) И как следствие – невротизация зрителя. Кто такой невротик? Грубо говоря, это человек, которому от всего плохо. Невротика обычно характеризует: эмоциональная нестабильность, переходящая в стабильный негатив. Обычное состояние для невротика - неуверенность в себе и своих силах, переживания, страхи, недоверие к людям, а в результате этого зацикленность на себе и склонность то к обвинениям, то к самообвинениям. Хороший пример - герой Светлакова в "Нашей Раше", телезритель из Таганрога Сергей Юрьевич Беляков. Типичный представитель эпохи, который никому ничего не делает, но при этом ему все должны и все перед ним виноваты;

12) Еще одна проблема – сложность коммуникации и даже больше – ее принципиальная невозможность. Телевидение это мощный способ коммуникации между людьми, пространство от Калининграда до Владивостока, объединенное общим телевидением и языком. Но, несмотря на наличие такого популярного канала, самой коммуникации нет. Во-первых, русское телевидение очень дидактично. Примат текста над реальностью (мы вообще выстроены вокруг литературы). Засилье дикторского закадрового голоса (в документалке, сюжетах новостей), сериалы. Все должно быть залитовано, согласовано в высших инстанциях или с главным редактором. 

Неразвитость жанра реалити и прямых эфиров как свидетельство телевизионного страха перед живым, неконтролируемым действием и словом. Во-вторых, все слышат и слушают только себя. Слово "дискуссия" заменило слово "срач". При этом очевидно, что простые люди очень хотят высказаться, но слушать их некому. Ни на государственном уровне (прислушиваться к общественности сейчас равносильно демонстрации политической слабости), ни на уровне медиа (гораздо интереснее послушать про новую пластику Маши Распутиной). Обратите внимание, что весь юмор последнего времени (от демотиваторов в духе Artkritka до анекдотов) строится вокруг темы непонимания и невозможности коммуникации – как в классическом театре абсурда (Гарольд Пинтер, Беккет, Ионеско): люди вроде бы говорят на одном языке, но при этом не понимают друг друга. (Анекдот в тему. Встречаются два режиссера. Один другого спрашивает: "Что ты сейчас снимаешь?" "Однокомнатную, блять, квартиру!"). Вавилонская башня as it is;

13) Накопленный опыт от просмотра ТВ – ощущение коллективной фрустрации. Что такое фрустрация? Википедия: "Это негативное психическое состояние, возникающее в ситуации реальной или предполагаемой невозможности удовлетворения тех или иных потребностей, или, проще говоря, в ситуации несоответствия желаний имеющимся возможностям". 

Собственно, все современное телевидение – и не только российское – выстроено на этом. Негативная компоративистика – бесконечное сравнение с эталонными образцами. Зрителю целенаправленно внушается, что он недостаточно: совершенен, красив, сексуален, образован, статусен, патриотичен и т.д. и т.п. 

Многие телевизионные жанры – такие как мейковер, дейтинг – в принципе построены на технологии символического геноцида, с помощью которой одна часть общества указывает на место другой. Но только у нас из форматного приема она превратилась в способ самоманифестации целого класса (какого – догадайтесь сами);

14) Еще пара современных ТВ-трендов, на которые нужно обратить внимание с точки зрения эмоционального и психического состояния аудитории. Например, почему на российском ТВ такой успех имеют сериалы, посвященные теме измены и двойных стандартов. Собственно, "Измены" на ТНТ и "Двойная сплошная" на Домашнем и “Глухарь” на НТВ. Не потому ли, что общество живет двойной жизнью, двойной моралью - напропалую изменяя и своему жизненному выбору (супругу, работодателю, режиму, Системе), и самому себе (своему прошлому, своим идеалам, принципам и своей мечте)? 

Другой пример. Один из самых заметных трендов последнего времени - это дети ("Голос") и священники (тот же "Голос" и многочисленные ток-шоу с людьми в черном). О чем они говорят (и дети, и священники)? Что общество больше не видит примеров для подражания в самом себе. И только дети и служители культа, кажется, еще обладают той духовной чистотой, на которую стоит ориентироваться, только на них еще есть надежда - дети, потому что еще не успели стать циничными, продажными взрослыми, а священники - потому, что избрали путь служения не земным, а вечным ценностям;

Главный вопрос: мы обречены жить в этом подавленном психологическом состоянии до конца своих дней или эту ситуацию можно изменить? И как в этом может помочь телевидение?

15) Телевидение это обмен эмоциями. Для многих, по сути, единственный их источник. От того, на каком эмоциональном фоне протекает жизнь телезрителя, зависит его психологическое состояние. Телевидение может быть источником паранойи, страха, нервозности, но в той же степени душевного комфорта, радости, сопереживания. И в этом заключается мой главный тезис. 

Взрослые люди в этом смысле мало отличаются от младенцев, копирующих мимику окружающих их людей (смотри "все побежали и я побежал"). Так и зрители отражают доминирующую в медиа эмоцию (теория зеркальных нейронов). Если ты ретранслируешь страх (а что такое, например, пропаганда, если не ретрансляция страхов?), то и в ответ получаешь страх. Если демонстрируешь эмпатию, то и в ответ получаешь ее же;

16) Телевизор – не бытовой прибор. В нулевые среди телевизионных топ-менеджеров было широко распространено мнение о телевизоре как о бытовом приборе. Это позиция была очень удобной и позволяла элегантно уходить от моральной ответственности. Мне даже самому тогда так казалось. На самом деле это мощнейший современный медиум, способ энергетического и интеллектуального обмена между людьми;

17) Телевидение можно сравнить с атомной энергетикой, точнее, с открытием ядерной реакции и той моральной дилеммой, которое оно породило. Ведь использовать ее можно как во благо, так и для уничтожения человека. То же и СМИ - и только личный моральный выбор определяет, на какую цель ты работаешь - на разрушение или созидание и по какую сторону добра и зла в итоге оказываешься;

Поэтому сегодня мы должны вести речь не просто о наборе новых интересных форматов, но о пересмотре мировоззренческого подхода, с которым мы делаем телевидение. В конце концов, стоит просто подумать о карме;

18) Основные вопросы новой агенды: К чему мы апеллируем в нашем зрителе? К каким базовым эмоциям, настроениям, мыслям? Какова новая "точка сборки" аудитории? Какой этот новый "Русский проект"?

19) Посттравматическое ТВ. Все мы сейчас находимся в зоне турбулентности – Трамп, Брексит, Турция, Украина, Исламское государство и т.д. Если пытаться определить, каким должно быть российское ТВ, то одним из слов, на мой взгляд, должно быть слово "посттравматическое". Это должно быть телевидение для людей, вернувшихся с войны (в прямом и переносном смысле – войны всех против всех) – телевидение восстановления мирной жизни и СМЫСЛА мирной жизни. 

Как классический Голливуд в свое время стал ответом на страх и пустоту "Великой Депрессии" (кстати, понятие "американская мечта" было сформулировано именно в эти годы), а американская комедийная мелодрама 70-х ("Тутси", "Крамер против Крамера") и культура хиппи ответом на войну во Вьетнаме;

20) Страх, ненависть, злоба – это сильные идеи, но они разрушают личность. Телевидение должно стать коллективным психотерапевтом, подсказывающим, как можно вылечить проблемы общества. Зрительский запрос на это очевиден. Это проявляется и в буме журнальной психологии, и в популярности психологических тестов в соцсетях, и в массовых психологических флешмобах вроде "Я не боюсь сказать". Да и вообще в буме психологических форматов, который в общем-то обошел Россию стороной (на российском ТВ, например, по сути слабо развит жанр современной психологической драмы, а современные психологические и моральные дилеммы (между свободой и богатством, достоинством и продажностью), мало представлены как на уровне форматных программ так и в сериалах;

21) Еще одна важная задача – джентрификация телевизионного пространства, "разминирование" смыслового телевизионного поля от снарядов, оставшихся после войны (всех против всех). И, чисто конкретно, - в понижении уровня агрессии (не только информационного, но и ментального, эмоционального), льющегося с телевизионных экранов. В практическом смысле речь идет о радикальном изменении интонации, с которым телевидение разговаривает со своим зрителем и жанровой переориентации программной политики;

22) И здесь на сцену выходит былинный герой Эмпатий Коловрат. Что такое эмпатия? Это способность к сопереживанию, готовность поставить себя на место другого. То, чего нам так не хватает, и когда мы говорим об органах власти (сейчас для политика важно, чтобы на лице, не дай Бог, не дрогнул ни один мускул, потому что всеми это воспринимается, как проявление слабости - виданное ли дело, его действительно волнуют чужие проблемы!) и когда смотрим на эмоционально фригидных героев ментовских сериалов (обратите внимание, что у них практически отсутствует человеческая мимика) и когда, например, жалуемся на лоукостер "Победа"… 

Чем больше здоровых человеческих эмоций на экране, тем лучше психологический климат в стране, тем нормальнее и человечнее люди. Ведь, возможно, и телевизор перестали смотреть потому, что больше не переживают тех эмоций, в которых испытывают потребность? 

И здесь мы переходим к главной теме – ДОБРУ как телевизионной категории и новому виду телевизионного "топлива";

23) Большие медиа живут большими идеями. В 90-ые такой идеей была СВОБОДА, в 00-ые ПОТРЕБЛЕНИЕ, в 10-ые ВОЙНА. В 20-ые этой сверхидеей может стать ДОБРО (ЛЮБОВЬ);

24) Если мы окинем взглядом мировое телевидение последних пяти-десяти лет, то заметим один очень любопытный тренд. В нулевые они как и мы испытывали тягу к темной стороне человеческой натуры (вуайеризм Big Brother и прочих аналогов "Дома-2", унизительная экстремальность "Последнего героя" и "Фактора страха") и эмоционально выстраивали свои шоу на прессинге и затролливании участников (Simon Cowell как эталон злобного и беспринципного члена жюри);

25) Но в последние годы мы можем наблюдать изменение тона с осуждающего на эмоционально более позитивный – бескомпромиссная критика уступила место словам поддержки, пафос и заносчивость – дружелюбию и эмпатии. Наиболее заметна эта тенденция на примере "Голоса", в котором акцент с пафоса и жажды славы смещен на естественность таланта, достоинство и чистоту каждого уникального голоса, а не на торжество пиара и прочие технологии раскрутки в области шоу-бизнеса);

26) Именно поэтому последние пять лет западный телек (и украинский тоже) переживает бум форматов, посвященных маленькому человеку, теме общественной солидарности, взаимовыручки, мечты. “Project Guatemala” – в котором молодые распи*дяи поначалу думают, что принимают участие в очередном модном реалити а-ля "Каникулы в Мексике", а потом выясняется, что их задача – вовсе не бездельничать и трахаться на камеру, а помогать гватемальскому детскому приюту. “Kitchen 15” Джейми Оливера, “Surprise, Surprise” etc. Из наших могу привести в пример “Половинки”, да и “Пацанки” в общем-то тоже;

27) Не мной замечено, что все проблемы и комплексы (в том числе и противоракетные) – они от недолюбленности. И культурная задача новой эпохи формулируется сама собой – научить наконец людей любить друг друга. Подсказать им, как быть счастливыми. Смягчение нравов, как и было сказано… На самом деле это не так сложно, как кажется – все равно что почистить ленту фейсбука…


Комментариев нет:

Отправить комментарий